Блог

Дарья Ломаковская: «Чтение открывает двери в подсознание»

Страница   Новосибирск

28 февраля

В мае ей предстоит пройти региональный этап, а затем, возможно, поехать в Москву на всероссийский. Девушка не просто мечтает об этом, а всерьёз намерена реализовать свою мечту. «Новосибирские новости» расспросили победительницу, каково это — читать незнакомый текст перед огромной аудиторией, что ей больше нравится читать — стихи или прозу, чем её зацепил Достоевский, заставляли ли её родители в детстве сидеть за книжками и кем она хочет быть, когда вырастет.

— Даша, ты стала лучшей в городском этапе чемпионата по чтению вслух среди старшеклассников «Страница’19». Это твой первый опыт чтения перед большой аудиторией или ты опытный боец?

— Первый конкурс «Страница», в котором я участвовала, была «Страница‘16» в 2016 году. Я тогда училась в техническом лицее № 128. До городского этапа я доходила три раза, но, к сожалению, не получалось победить. Победила в «Странице’19» в этом году. В мае буду участвовать в региональном этапе, победитель которого отправится на всероссийский финал в Москву.

— Хочешь в Москву?

— Несомненно. Волнуюсь, правда, ужасно. Но это волнение перемешано со счастьем. Потому что всё это какое-то невероятное приключение с чек-поинтами «школа — район — регион — Москва», а что будет дальше — никто не знает. И когда ты достигнешь этой черты, перед тобой откроется что-то невероятное, какие-то двери. Ведь всё это не просто так. Чтение открывает двери в твоё подсознание, в твой разум.

— Как дети становятся участниками конкурса по чтению вслух «Страница»?

— Я попала так: за несколько дней до школьного этапа конкурса ко мне подошёл мой учитель и попросил почитать что-нибудь для тренировки, а затем сказал, что на сцене нужно будет прочитать незнакомый текст. Я думала, что это обычный школьный конкурс чтецов. Прочитала. А мне говорят, что теперь нужно идти на районный этап. И вот как-то так по лесенке вверх и пошло.

В 11-м классе я перешла учиться в 142-ю школу. В техническом лицее нас уже начали готовить к первому курсу математического вуза, и за всей этой математикой, интегралами и логарифмами я не успевала читать. Поскольку я по натуре филолог, я поняла, что слишком много времени трачу на то, что мне неинтересно. Зато теперь у меня гораздо больше времени на чтение, участие в конкурсах и олимпиадах.

— Это трудно — читать незнакомый тебе текст со сцены на большую аудиторию? Ты волновалась перед выходом на сцену?

— Да, самую малость коленочки тряслись. Но я старалась волнение побороть, максимально погрузиться в текст и абстрагироваться от всего, что вокруг. Ведь кроме трёх членов жюри на конкурсантов смотрят и зрители — другие участники и те, кто пришёл их поддержать.

— Что тебе больше нравится читать со сцены? Прозу или стихи?

— Это два совершенно разных явления. Так получилось, что я ещё немного занимаюсь литературоведением, поэтому ритмизированный рисунок лирического произведения меня больше вводит в состояние транса, чем проза. Но в прозе можно сразу же выцепить какие-то элементы и детали.

В этом году на конкурсе мне попалась Ахматова, которая очень близка мне. Я прочла так, что жюри было впечатлено. Стихотворение называется «Художнику». Очень интересное произведение, где в образе художника угадывается образ Бога. Там был мотив создания мира, и, пробежав быстро глазами по тексту, я поняла, на чём нужно сделать акцент.

— Ты оканчиваешь школу в этом году. Уже знаешь, куда будешь поступать, мониторила вузы?

— Да. Я делаю так, чтобы моя голубая мечта стала достижимой целью. Хочется и в столичные вузы, и в НГУ. Буду думать, испытывать себя. Я хочу совместить в профессии знание нескольких иностранных языков, русский язык и литературоведение. В НГУ всё это есть.

— Про твою любовь к Ахматовой всё понятно. А что ещё ты читаешь?

— Кроме Ахматовой, меня трогает Серебряный век. Как поэзия, так и проза этого этапа.

— А Маяковский?

— Любовная лирика, да. Такой громадный, «сердце вот» и хочет спрятать это своё железо в мягкое женское. За исключением некоторых моментов грубых, телесных, это есть у Маяковского, внутри — есть довольно-таки нежное чувство.

Так получилось, что я нахожусь в окружении читающих людей, и в основном это зарубежная проза середины прошлого века. Я немного неловко чувствую себя, когда они обсуждают книги и старюсь от них не отставать. Когда читала роман Дэниела Киза «Цветы для Элджернона», то плакала.

Удивительно! Вроде бы это бумага и типографская краска, а заставляют испытывать такие эмоции. Для меня стал серьезным испытанием цикл Роджера Желязны «Хроники Амбера». Я цеплялась за каждую главу, и в итоге выстроилась такая удивительная вселенная. Однако я не фанат фантастики.

— В школьной программе у тебя есть любимые произведения?

— Первое произведение русской классики, которое меня тронуло, был «Герой нашего времени» с его романтическим Печориным, который идёт против общества.

И сейчас я принялась читать «Доктора Живаго», он входит в нашу школьную программу.

— Из современных поэтов тебя кто-нибудь увлекает?

— Я знакома только с несколькими современными поэтами, но если честно, это мне, как говорят подростки, «не заходит». Почему? Мне нравятся символы, образность — а там всё понятное, красивое и в какой-то степени возвышенное, но не образное. Если можно разделить песню на текст и музыку, то мне очень нравится ранний период групп «Сплин» и «Аквариум».

— Тебя в детстве родители заставляли читать книги?

— Если честно, то да. Был такой период, когда заставляли. Мне было лет шесть. Тогда мне хотелось играть и гулять, а не сидеть за книгой. И вот в итоге всё пришло к такому удивительному результату.

— А ты помнишь момент, когда ты поняла, что читать — это круто?

— Да, разумеется. Это «Герой нашего времени». Шесть раз его уже перечитывала.

— А есть у тебя любимое произведение, кроме Лермонтова?

— Да, это как раз современное фэнтэзи — произведение нашего русского писателя Александра Андерсона «Аликс и монеты». Почему-то эту книгу позиционируют как детскую, однако мне кажется, что она предназначена для взрослых.

Там главный герой крайне неоднозначный. Сначала кажется, что он ужасный и противный, но в конце он вскрывает всё то, о чем мы даже не задумываемся в обычной жизни. И рядом с Андерсоном в списке самых любимых стоят «Записки из Подполья» Достоевского. В моей библиотеке пока только две книги фэнтэзи — Андерсон и «Хроники Нарнии». Остальное всё суровое, серьёзное, реалистичное.

Беседовала Лариса Сокольникова
фото Валентина Копалова
материал опубликован на сайте Новосибирские новости